zooop

стигал, а случай с заводом в Питире читал?
шеш лелда 1емнарг дуй теш моьт сунам, теперь все начинает проясняться, после войны эти бравые ребята наверняка занимались этим ремеслом все списывая на муджах1идов, короче выполняли заказы, и готовили все материалы, чтобы мировое сообщетсво настроить против муджах1идов сами внедрившись в их ряды.

MarloN

В час ночи в Грозный въезжает «десятка». За въездом, украшенным громадным портретом Рамзана Кадырова, при свете повешенных лампочек восстанавливают школу. Из «десятки» выходит оригинал портрета. Начальник «Чеченстроя» и его зам рапортуют:
— Школу сдадим к 5 октября!
5 октября — день рождения Рамзана Кадырова. Ему будет 30 лет — столько, сколько нужно, чтобы стать президентом Чечни.
— А что будет с начальником «Чеченстроя», если его не окажется в час ночи на работе? — спрашиваю, когда мы садимся в машину.
Кадыров улыбается:
— Уволен будет. А так вообще-то у нас все работают по три смены по собственному желанию.
Над городом Грозным стоит пыль. Ею покрыты листья, и она скрипит на зубах. Это пыль от строек. На домах — гирлянды лампочек, чтобы работать ночью.
В Грозном, Гудермесе, Ачхой-Мартане — везде портреты Кадыровых. В кабинетах — тоже портреты Рамзана. Если один портрет — это Рамзан. Если два портрета — это два Рамзана. Если три портрета — третий бывает Путина. В Чечне на вопрос «Это чье?» есть два ответа. Один: «Рамзана». Другой: «Не знаем».
Размах строительства потрясает; правда, очки втирают тоже. Но это ж Кавказ: если горец дрался палкой против двух автоматов, обязательно скажет, что это были два танка. Накануне я еду по Аргуну. Центральная улица блестит красными воротами и новыми крышами.
— Восстановлено все?
— Все.
Мы останавливаемся. Хозяин дома Али зарабатывает починкой машин.
— На чьи деньги восстановлен дом?
— На деньги Рамзана, дай Аллах ему здоровья и счастья.
— Давайте зайдем.
Восстановлены, однако, только ворота и крыша. 100 тыс. руб. — огромные деньги для хозяина. Внутри — старые стены. «Тут какой-то шахид подорвал главу администрации, а у меня потолок провис», — жалуется Али. Сопровождающий разводит руками: мол, он это и имел в виду под словом «все».
«Десятка» летит по Грозному на скорости сто пятьдесят километров в час.
— Она что, тюнинговая? — спрашиваю Кадырова.
— «Десятка» охраны, — объясняет Рамзан. — Тут важно, каков водитель.
Мы едем по пятому микрорайону: отреставрированные пятиэтажки выглядят точь-в-точь, как в молодости. Люди сгребают мусор и жгут костры из ящиков. В домах — газ и вода. Воды хватает только до первого этажа. Если увеличить напор, рвутся старые трубы. Утром я попробовала возмутиться этакой халатностью, и женщина, всю войну прожившая в Грозном, посмотрела на меня, как на дуру. «Ты знаешь, что это такое — когда за водой надо только на первый этаж?».
— Вот жизнь! Куколка! Вот красота! — восклицает Рамзан.
Он тащится от этих строек. Он кайфует. Интересно, как выглядит его лицо, когда перед ним в крови копошатся его враги?
Я судорожно пристегиваюсь, но ремень почему-то не лезет в защелку: она металлическая и без щели. Рамзан глядит и смеется:
— Это рукоять пистолета, — говорит он.

На следующий день я еду в Бамут вместе с главой Ачхой-Мартановского района Мусой Дадаевым. В июне 1996 года 45 гвардейцев Дудаева прорывались из Гехи: они шли 200 метров под шквальным огнем федералов. Тогда командира гвардии убило, и его место занял Дадаев. После выборов Масхадова гвардейцев уволили; Дадаев перешел к мэру Грозного Лечи Дудаеву и чуть не погиб с ним при выходе из окруженного Грозного.
— Он меня послал искать дощечки, чтобы проложить путь, — говорит Муса, — и поклялся, что не двинется без меня ни шагу. А когда я ушел, он пошел вперед. Я пришел, а он уже мертвый.
Командиры шли впереди: сам Муса подорвался чуть позже. Врачей не было, началась гангрена, он отстригал вздувшееся мясо ножницами.
Муса прятался до 2002 года, а когда его брата Ибрагима взяли федералы, он позвонил Рамзану. Тот помнил Мусу и тут же спросил: «А где Ибрагим?».
Ибрагима нашли в ОРБ-2 через двадцать дней, за которые он потерял сорок килограммов. Теперь Ибрагим командует ротой полка им. Ахмата Кадырова, а Муса — Ачхой-Мартановским районом.
Самое страшное в Бамуте — это запустение. Село, убитое в первую войну, к 99-му году восстановилось полностью. Но после второй войны уже не поднялось. У людей исчезли надежда, деньги и силы.
Сейчас Кадыров строит в селе десять типовых домиков; они — как сарайчики, в скорлупе из развалин особняков. Мы подходим к одному из них, и бывший начальник гвардии Дудаева пускается с восьмидесятилетним хозяином в обсуждение сравнительных достоинств нового и бэушного кирпича, а также безусловных достоинств Рамзана Кадырова. Дома начали строить 12 сентября.
— К 5 октября мы их сдадим, — гарантирует Муса.
На обратном пути мы попадаем в пробку. В центре Грозного. Пробка пищит, ругается: все чеченцы ездят так, будто единственный достойный уважения дорожный знак — это блокпост.

Чечню строят, как Магнитку: теми же темпами и теми же методами. Раньше не строилось ничего: дело в том, что деньги, предназначенные на Чечню, Москва выделяла к 26 декабря, а освоить их надо было до конца года. Освоить их было невозможно. Можно было только украсть.
Став премьером, Кадыров приехал в аэропорт и увидел готовую взлетку и разбомбленный аэровокзал.
— Восстановить, — приказал он.
— Никак не возможно. Объект не включен в план. Нет проектно-сметной документации.
— Как это нет ПСД? — сказал Рамзан. — В 76-м строили — была ПСД. В 96-м восстанавливали — была ПСД. Найти и восстановить.
Нашли и восстановили.
Самое интересное — откуда деньги. Только неделю назад, после диких скандалов, Москва выделила Чечне первые 120 млн руб. на стройку. Строят в долг. Строит фонд им. Ахмата Кадырова.
— Сколько денег потратил фонд?
— Не знаю, — говорит Кадыров. (Вице-президент фонда Муслим Хучиев ответил: «Не скажу».)
— А Кудрину вы тоже так ответите?
— Вот когда ты станешь Кудриным, тогда и поговорим.
— Кто дает деньги в фонд?
— Те, кто хочет помочь Чечне.
— А что с ними будет, если они не дадут деньги добровольно?
— Это у них надо спросить.
— А стройматериалы в долг дают? — говорю я.
— Дают. Знают, что я верну.
И тут я совершаю ошибку.
— А если не вернете? — спрашиваю я. — Хотела бы я посмотреть на человека, который потребует с вас долг.
Кадыров взбешен. Руки его взлетают от руля.
— Как ты можешь так говорить? — жестко, с угрозой спрашивает он. — Я отвечаю. Это мое слово. Когда было, чтобы я обещал и не сделал?
Он еще долго не может успокоиться: на каждый вопрос отвечает с издевкой и рычит. Похоже, что вопрос угодил в больную точку.
Это неправда, что Кадыров строит Чечню только на федеральные деньги. Ему дают московские чеченцы. Бизнесмены, как боевики, сдаются под слово Рамзана. Строительство он превратил в инструмент получения контроля над чеченской общиной, и думаю, что самые черные подозрения насчет того, как пополняется фонд, отстают от действительности.
Говорят, что Разман просил у Бажаева 10 млн долл. Тот пошел на прием к Путину. Вышел и сказал: «Я 50 млн долларов жертвую на Чечню».
Кадыров дал людям работу, но взлетевшие из-за строек цены обесценивают федеральные компенсации. И где-то в разгар стройки эффективный произвол Кадырова: «Вот здание, дайте деньги», — вошел в клинч с неэффективной бюрократией: «Нам нужно не здание, а бумажка». И если Москва денег не даст, это будет катастрофа. Что связывает Чечню с Россией? Деньги.
Я сижу в кабинете депутата Магомеда Ханбиева, бывшего министра обороны Ичкерии, и он рассказывает мне, как 6 августа 1996 года 800 боевиков взяли Грозный у тысяч и тысяч федералов.
— А за сколько Рамзан может взять Грозный?
— За полчаса.

полная версия
http://2006.novayagazeta.ru/nomer/20...n73n-s11.shtml

Desko

__________________
1.12. Запрещены сообщения, отрицающие геноцид чеченского народа с момента его насильственнго присоединения к России.

april

Оно еще к тому же пишется с двумя "п".
Вот так: "оППозиционер".

__________________
Мир вашему дому!

http://img177.imageshack.us/img177/1761/flag1jm7.gif

beirut

А кто его интервью помнит с Полтковской, где он рассказывает, что любит с тёлками отрываться и демонстрирует свою кровать-аэродром, с которой специально ценник не снимает.

Desko

Сегодня премьер-министру Чеченской республики Рамзану Кадырову исполняется 30 лет и согласно Конституции Чечни, он получает право претендовать на президентское кресло. Но, несмотря на это, он заявляет, что пока в президенты не собирается.

"У нас существует избранный президент республики, и пока не подойдет к концу срок его полномочий, говорить обо мне как о кандидате на пост главы республики, думаю, преждевременно", - сказал Кадыров. Алу Алханов официально вступил в должность президента Чечни в октябре 2004 года и срок его полномочий заканчивается в конце сентября 2008 года.

beirut

Значит хозяин сказал-ТРРРРРРР, пес Рамзик , не спеши, рано еще.

Razr

Я конечно все понимаю, но Рамзану, что председатель правительства, что президент большой разницы нет! Республикой рулит он.....
Анекдот в тему, Рамзан подарил Алу шикарный Мерседес без руля, Алу заглядывает в салон и спрашивает "Рамзан а почему нет руля", а Рамзана отвечает: "А зачем тебе руль? Рулить буду я....." Вот такая вот история, а в это время по телеку Рамзану весь чеченский народ поет оды типа "Боже царя храни"!
Мне просто страшно прикинуть, что на сегодняшний день Рамзан еще больше обогатился!)))

А кто может сказать, когда день рождение у нашего Президента?))))

april

хе...

__________________
Мир вашему дому!

http://img177.imageshack.us/img177/1761/flag1jm7.gif

abdullah

Эксперт считает, что противников у Кадырова хватает не только в Кремле: «Есть, конечно, противники, в том числе противники в силовых структурах. Есть люди, которые открыто говорят, что это новый тип сепаратизма, внутрироссийского сепаратизма. Ну, наконец, есть просто недовольные, которые полагают, что те деньги, которые раньше оседали в Москве, я имею в виду деньги, выделяемые на реконструкцию, они все больше «прилипают» непосредственно к Рамзану. То есть, попросту говоря, он не делится так, как хотели бы, чтобы он делился».

И все-таки Алексей Малашенко уверен, что следующим президентом Чечни будет именно Рамзан Кадыров. Его точку зрения не разделяет глава фонда «Антитеррор» Руслан Мартагов. Он называет Кадырова кремлевской марионеткой и утверждает, что в Чечне он не пользуется уважением.

«Рамзан Кадыров – разменная пешка в долговременной игре, которая строится на том, что зона Северного Кавказа должна быть зоной регулируемого конфликта. Сказать, что в Чечне боятся Рамзана, – ничего не сказать. Просто в Чечне очень четко, ясно осознают, что за Рамзаном стоит со всей своей мощью Кремль, а людям уже война надоела, поэтому они смирились с этим. Сказать, что Рамзан «нагнул» чеченский народ – да нет, это не правда, люди просто от этих двух войн устали, они пока говорят: ладно, да черт с вами, поиграйтесь еще. Даже если сегодня делать там выборы, ну, если там 1% за Кадырова-младшего проголосует, я буду рад за него».

Политолог Владимир Прибыловский называет Рамзана Кадырова феодальным князьком, а его будущее рисует в мрачных тонах: «Его убьют либо федералы, либо свои. Если он добьется президентства, тем быстрее его убьют. Во-первых, у него огромное количество кровников среди так называемых «сепаратистов» и, вообще, просто жителей Чечни: он убил очень много людей, на него охотятся очень многие чеченцы. А кроме того, он опасен для федерального центра. Самые большие враги Кадырова – это на самом деле русские генералы, которые прекрасно понимают, что произошло, за что они воевали».

http://www.svobodanews.ru/Article/20...104829263.html

__________________
"The greatest ENEMY of knowledge is not IGNORANCE, it is the ILLUSION of knowledge".
Stephen Hawking
http://www.chechenpress.info/nohchicho/gimn/gimn.rm