Carolina

Марьям АЙДАМИРОВА

О НЕЙ ПОЗАБОТИЛСЯ БОГ


"Орлиные носы сводят меня с ума; мне кажется, что в них заключается вся сила характера и счастье жизни", – признавался Лев Толстой, любуясь мужественным профилем горцев. Нет, конечно, граф Толстой восхищался не ею, но определенно такими, как она...

Марьям Айдамирова. Великая Женщина. Женщина без возраста. Она царствовала на сцене так долго, что легендарный нестареющий Махмуд подшучивал над ней, своей знаменитой землячкой, объездившей с ним немало стран, что сам Пушкин в свое время посвящал ей стихи. И цитировал: "То, как зверь, она завоет; То заплачет, как дитя..."

И, как дитя, она всерьез обижалась на все, что намекало на груз неотвратимо надвигающихся лет ...

Только ленивый не пытался подсчитать прожитые ею годы... Почтенные старцы признавались ей, что с детства были поклонниками ее таланта. Но никто даже сейчас с полной уверенностью не может сказать, в каком году родилась эта самая яркая, сильная, с неповторимым голосом, с манерами и осанкой императрицы звезда по имени Марьям.

Дожив до преклонных лет, она ушла от нас в самые счастливые минуты своей жизни, когда в ее сердце поселилось настоящее сильное чувство. Это была не страсть, настигшая зрелую, опытную женщину. К ней пришла любовь, когда меньше 70-ти лет ей уже просто не могло быть.

Человек, встретившийся ей в самое тяжелое для нее время, способен был смутить даже юное создание...

Он был благодарен ей за эти светлые чувства, настигшие его на их "вечерней заре".

А ей, заглянувшей в глаза смерти во время тяжелой операции, достаточно было, что он есть, что он рядом, что она может видеть его.

Как подросток, она вспыхивала в смущении от одного его взгляда. Она не разучилась краснеть, как девушка при первом свидании. Мать взрослых детей, она казалась хрупкой, не искушенной в любви, застенчивой девочкой, стоило ему лишь приблизиться к ней, поприветствовать ее...

Гибкий стан ее в гIабли, (национальной одежде), перехваченный тонким поясом, был предметом зависти девушек, выходивших с ней на одну сцену.

Сцена. Она была рождена... Нет, не Марьям была рождена для сцены, а сцена будто была создана специально для Марьям...

Как она выходила на сцену!.. Ее голос, презиравший микрофон, несся из-за кулис и, разрывая воздух, с тесных подмостков вырывался в переполненный зал, наполняя и увлекая за собой души слушателей, уже находившиеся в его власти. И когда зрители под гипнозом этого божественного голоса становились единым целым, когда уже не было всех и каждого, а был единый Слух, устремленный к ней, идущей к ним певице, появлялась Она...

С высоко поднятой головой, всегда безупречно причесанная, стильная, элегантная, она шла за своим голосом, как королева...

В такие минуты она казалась надменной. Высокомерной... Орлиный профиль ее подчеркивал и усиливал эту царственную стать...

Ни тяжелый аккордеон в руках, ни туфли на высоких каблучках, ни перенесенная позже тяжелая операция, – ничто не мешало ей вспорхнуть птицей и с необыкновенной легкостью пуститься в пляс под собственный аккомпанемент...

До последних дней своих она выходила на сцену. Она знала большие сцены и маленькие. Прославленные и не очень. Она объездила с концертами немало стран, но до последнего дня выходила на импровизированные сцены в каждом селе своей республики, которую она бесконечно любила и без которой не мыслила свою жизнь.

Народная певица Чечено-Ингушетии, она всегда оставалась верной своему народу. Даже тогда, когда ее народ пошел за новым лидером... Она не покинула свою Родину, в которой начались большие перемены. Перемены, в которых она не хотела принимать никакого участия. Но это был свободный выбор ее народа. Народа, судьбу которого она без колебаний разделила...

Своим присутствием на концертах она поддерживала начинающих талантливых певиц с сильными фольклорными голосами и искренне признавалась, что чувствует "ком в горле", глядя на них, молодых и красивых, напоминающих, как беспощадно время к ней, как к женщине.

Она любила жизнь...

Зная, что обречена, она не потеряла интереса к ней. От ее хрупкой фигуры исходила такая сила, а ее глаза искрились такой страстью к жизни, что все слухи о ее личной трагедии казались злой шуткой...

Танцевать с ней лезгинку было большим испытанием для мужчин, не выдерживавших заданного ею ритма. Даже на восьмом десятке лет она кружилась в танце, набирая обороты, так долго, что дух захватывало. Не у нее. У зрителей. И в тот момент, когда не было уже сил наблюдать за этим стремительным фуэте, она резко останавливалась и, выпрямив гибкий стан, абсолютно спокойно, прощалась, как положено, с партнером, аплодируя ему легким прикосновением рук...

Ее нельзя было застать врасплох. Никогда. Ее дом был открыт для всех...

Она встречала своих гостей так, как встречала на сцене: с безупречной внешностью, с улыбкой, несколько смущенной, но щедрой... С любовью...

В сердцах чеченцев она осталась вечной, неувядающей, неповторимой Марьям Айдамировой, прожившей долгую, сложную и очень интересную жизнь.

Ее голос был голосом Родины для тех, кто слышал ее, находясь в изгнании. Для более позднего поколения ее голос стал голосом из юности их родителей, соединившейся с их молодостью.

Сама же Марьям приехала в Чечню, вобрав в свой голос всю ширь безбрежных казахских степей и силу казахских народных песен, которые она исполняла не реже своих, чеченских.

Беспощадная к себе, она не оглядывалась назад... Ей – избраннице Бога – достаточно было просто нести Его дар людям. Не потому ли ее голос так проникал нам в душу? Всем... Каждому...

http://www.mradio.biz/esharsh/search...lter=al_id=197

(Дала геч дойла цуна!)

Carolina

Ее называли Эдит Пиаф. Как и голос знаменитой француженки, голос Марьям Айдамировой давал людям в годы депортации надежду на спасение. Но Эдит Пиаф повезло, она не была дочерью опального народа. И не была первой…


Модное нынче слово «харизма» идеально подходит душевному темпераменту Марьям Айдамировой. Она была особенная во всем. О ней можно говорить в превосходной степени и ни разу не быть уличенной в преувеличении, свойственном пишущим людям. Не хочу никого обижать, но подобного феномена в чеченской эстраде не было и уже не будет. Как не будет второго Махмуда Эсамбаева. Не случайно эти две жемчужины чеченской культуры учились в одной школе, вместе начинали творческую деятельность в нелегкое время.
Легенда чеченской эстрады Марьям Айдамирова покинула этот мир за два года до начала боевых действий на ее родине. Всевышний избавил ее сердце от нестерпимой боли. Только от одной - видеть агонию Чечни. Другие тяготы она мужественно сносила, пока самая страшная из них - болезнь, не лишила ее жизни.
Марьям Айдамирова была совестью нашей сцены. Между тем, выросло целое поколение чеченцев, которым это имя ни о чем не говорит. Ее голос то завораживал, то убаюкивал, то пробуждал все лучшее, что может быть в человеке. Это не была песня в традиционном ее понимании. Она рассказывала песню в сопровождении мелодии.
Родилась Марьям в 1924-ом ( по другим данным в 1922-ом) году в селении Бено-Юрт Надтеречного района. О Марьям известно, что она была единственным ребенком в семье. Характер живой, общительный. Петь начала еще в детстве - на концертах школьной художественной самодеятельности. Уже в пятом классе талантливая девочка участвовала в конкурсе одаренных детей в Пятигорске. Это было первое серьезное выступление Марьям.
Начало творческой жизни певицы совпало с трудным периодом становления национальной культуры. Девушке не хватало профессионализма, но как она была одарена Богом! И этот дар, умноженный на искренность и бесконечную любовь к музыке, подарил чеченской эстраде народную любимицу Марьям Айдамирову.
Свою творческую деятельность Марьям начинала в многопрофильном коллективе, в состав которого входили артисты театра, певцы, танцоры. Это было тяжелое время депортации чеченского народа. Комплексная концертная бригада ездила по районам, устраивая небольшие представления для тружеников села. Как певица, Марьям одна из первых получила разрешение выезжать за пределы района. Она выступала в Чимкенте, Талды-Кургане, Караганде… Нетрудно представить, что чувствовали спецпереселенцы во время выступления Марьям Айдамировой. Ее песни прерывали рыдания ее земляков.
Она пела на чеченском, казахском, киргизском, узбекском, армянском, осетинском языках. Мало кто из зрителей знал, что в горле молодой певицы застрял крик об отнятой родине, брошенных домах, голоде и холоде в землянках изгнанников… Как она могла сдерживать этот крик? Спрашивал ее кто-нибудь об этом?
И когда в одном из сельских клубов старик-чеченец попросил девушку спеть песню о родине, могла ли она отказать ему? Она спела песню из спектакля «Бэла», о тоске по родному дому.
После концерта «преступница» была задержана. И если бы ни друзья певицы, неизвестно, как сложилась бы судьба девушки. Немалых усилий стоило им выручить ее. Комендант района, приютивший Марьям после смерти ее матери, сделал запрос в Грозный, в театр, где ставился этот спектакль, и после того, как было подтверждено, что песня, исполненная певицей, действительно из спектакля «Бэла» по одноименной повести Лермонтова, Марьям освободили из-под стражи.
Талантливая певица вскоре была замечена руководством Казахского оперного театра. Ее пригласили в концертную бригаду. В 1956-ом, под конец ссылки, в Алма-Ате был объявлен набор артистов в Чечено-Ингушский ансамбль песни и танца. Марьям выдержала испытание, но ей было поставлено условие: певица должна была поступить в музыкальное училище.
Когда закончилась ссылка, Марьям вернулась на родину. Она проработала в государственной филармонии 35 лет. Ее влияние на становление чеченской эстрады трудно переоценить.
На родине ее популярность достигла невиданных масштабов. Марьям объездила два десятка стран мира. Царственная осанка, яркая внешность, необычная манера исполнения пленяли всех, кто хоть однажды видел Марьям Айдамирову. Она не стала обладательницей особых званий. Звания нужны тем, кому больше нечего предъявить слушателю.
Марьям Айдамирова познала женское счастье. Она стала матерью троих детей. Привыкшее к боли сердце выдержало, даже когда во время землетрясения в Ташкенте погиб ее муж. Младшему сыну Алику был всего год. Ей надо было жить ради детей. И она сделала все, чтобы смягчить детям эту потерю. А откуда черпала силы сама Марьям?
Говорят, талантливые люди талантливы во всем. Марьям Айдамирова прекрасно рисовала. У нее был альбом, в котором она хранила свои рисунки. Но война, к великому сожалению, уничтожила архив певицы. Сгорели записи ее песен, документальный фильм о Марьям. Ее концертные костюмы сгорели в музее…
Испытания, выпавшие на долю этой сильной женщины, не прошли для нее бесследно. Марьям тяжело заболела. Никто и никогда не слышал ее жалоб. Превозмогая боль, народная певица Марьям Айдамирова, выступала до последнего дня. Она не позволяла взять себя под руку, а тем более помочь нести тяжелый аккордеон.
2 ноября 1992 года Марьям Айдамирова покинула этот мир.
А потом была война и время других песен, которые умирали, едва появившись на свет. Но творчество Марьям Айдамировой - бессмертно, как бессмертна память о ней. И не важно, что нет пышных юбилеев и вечеров, посвященных певице. Она и при жизни их не любила.

Carolina

Здравствуйте, я - чеченец!
Самый популярный чеченец России, кумир всех женщин страны — Владимир Березин. Наверное, не все знают о его чеченских корнях, но Владимир гордится ими и считает, что его происхождение ко многому обязывает. В 1994 году накануне первой чеченской войны он вышел в эфир центрального телевидения с титрами — Владимир Березин-Исламов. А это был самый тяжелый и трагический период в истории взаимоотношений Чечни и России, когда национальность чеченец звучало на территории России скорее, как приговор.
Жизненное кредо Березина-Исламова — простота и умение благодарить Бога за то, что он дал ему. Он бесконечно благодарен своему зрителю за любовь и признание. Эти уроки ему преподал великий соплеменник Махмуд Эсамбаев. Владимир считает, что его публичность только помогает опровергать надуманные СМИ мифы о чеченцах. Искренность и талант очень гармонично сочетаются в этом человеке, в чем я убедилась во время нашей беседы. По мнению Владимира — это всего лишь проявление чеченских генов.


— Владимир, когда вы узнали о том, что вы чеченец?
— Я родился и вырос в русской глубинке в Орловской губернии в деревне Топи (Топки), о которой писал Тургенев в своем произведении «Бежин луг». Когда я пошел в первый класс, моя первая учительница Ефремова Валентина Петровна спросила фамилию, имя, отчество отца и матери. Матери я знал, а вот об отце не смог сказать. Меня воспитали с трех месяцев моя тетушка, мои добрые ангелы Анна Михайловна и бабушка Агрепина Федотовна. Маму видел очень редко, она геолог и все время была в экспедициях. Кстати, во время одной из этих экспедиций в Казахстане, в Тургайской области, в г. Аркалык и познакомились мои родители. Мне тетушка сказала, что отца моего зовут Юра Исламов. Я поинтересовался, почему я Березин, а у него такая странная фамилия, тетушка объяснила: «Потому, что он — чечен». Потом показала мне фотографию, на которой был мой отец, его брат и их двоюродная сестра. С тех пор я каждый день разглядывал эту фотографию и с этим стал жить. Настолько хотелось увидеть его, что я часто воображал себе его образ и даже детским почерком подписал фотографию: «Вове от папы Юры». Эта фотография всегда была при мне. Потом я ее все время носил с собой в паспорте. В 10 классе я спросил у мамы, где мой отец и как мне его найти. Мама оскорбилась, сказала, что я ее обидел этим вопросом, ведь он ее бросил. Но маму тогда не понял, подумал: «Тебя-то он бросил, а я тут при чем? Ведь он — мой отец»!
Много лет спустя узнал, как было на самом деле. Геологический поселок находился в семи километрах от деревни, где жил отец-спецпереселенец. Ему нельзя было без особого разрешения выезжать на такое расстояние из деревни, за что он и был арестован. Когда отец освободился, он поехал туда, но геологи оттуда уже уехали.
— Вы никогда не сталкивались за это время с чеченцами, не интересовались, кто они, какие?
— Впервые я увидел «чеченов» в девятом классе. Они приехали к нам в деревню делать то дело, которым они всегда славились. Приехали наши «шабашники» (смеется). Они, правда, не строили кашары, а возводили дома. Эти четыре дома до сих пор стоят там. Даже недавно, когда я вывозил свою тетушку из той деревни, признаюсь, пошел, постоял у того дома, где впервые увидел чеченцев. Это были серьезные, невероятно работящие и очень красивые люди. Я приходил и смотрел на них. Один из них приметил меня и доброжелательно сказал: «Ну что стоишь, смотришь? Иди, помогай!» А мне так хотелось крикнуть: «Я тоже чеченец!». Но смотрел молча. Это как в фильме «Цыган», теперь я знаю, что это не вымышленный сюжет. Помните, как цыганенок ходил на эту кузню, как его влекло к лошадям? Это зов крови.
— Кому вы впервые об этом сказали?
— Много лет спустя, еще до того, как я нашел семью, уже в Москве, куда я только переехал после Свердловска, мой большой друг Екатерина Шаврина на своем юбилее сказала мне: «Давай я познакомлю тебя с одним благородным чеченцем, моим другом Гелани Товбулатовым». И первый раз, когда мы жали друг другу руки я сказал: «Здравствуйте, я Березин. Вы знаете, у меня отец чеченец».
Я так рванулся навстречу всем. Но выясинилось, что к нам навстречу идут далеко не те люди, которых мы ждем. И когда встречал откровенных хамов, я, как говорил Махмуд не раз жалел, что родился чеченцем, так как не мог ответить им тем же.
Раньше я интуитивно ощущал стремление к благородству души, а теперь прекрасно знаю, откуда это. Пренебрежения к нам я никогда не встречал. Высказываются о чеченцах либо очень хорошо, либо совсем плохо.
— Когда вы познакомились с Махмудом Эсамбаевым, он вам поверил сразу?
— Нет. Мы познакомились с ним в 1992 году на съемках передачи, потом он пригласил всю нашу бригаду к себе на жижиг-галнаш, потом захотелось быть рядом с ним всегда. Всякий раз, когда выдавался случай, я звонил и просил: «Можно я приеду»? Приезжал, садился в уголочек и слушал. Как он умел сформулировать свое отношение к жизни! Ироничность, тональность, интонации я взял у него, раньше я этого не умел. И это мне дает право говорить, что я закончил университет имени великого Махмуда Эсамбаева. Тогда я сказал ему, что я чеченец. Но он не поверил, и я показал ему фотографию, с которой я был неразлучен.
А потом было празднование его юбилея в Грозном, которое я вел. Местное телевидение пригласило меня на интервью, и там я показал фотографию. Как я узнал позже, в тот момент отец шел выключать телевизор. Если бы он выключил его минутой раньше, он бы не увидел свою фотографию. На следующий день приехало двое моих братьев, потом оказалось что их еще трое. Так я нашел пятерых братьев и сестру. Такая дружная семья!
После того случая я стал законченным фаталистом, я верю в судьбу.
— Что почувствовал человек, который нашел свою семью?
— Вначале ничего. Было ощущение, что все это происходит не со мной, что я смотрю телевизор. Что-то вроде индийского фильма или чеченской Санта-Барбары. Я столько снов видел, как это должно быть и как это будет, и произошло почти так, как мне и снилось. Пришел отец. Мы с ним очень долго разговаривали. Он спросил, верю ли я происходящему, я ответил, что нет. Тогда он сказал, что мою маму зовут Александра Михайловна, Шура, г. Аркалык, Тургайская область. Во-первых, этого посторонний человек знать не мог, а во-вторых, человек с фотографии и он — одно лицо. Он мало изменился.
Опять подумал о судьбе. Мы уехали за три дня до того, как закрыли аэропорты, вокзалы. Мы улетели из Грозного последним самолетом Грозный-Москва. Я уезжал совсем другим человеком. Я нашел отца, свою семью и стал полноценным человеком, и все внутри меня стало на свои места.
Бог все устроил так, что преподнес мне большую радость, а потом суждено было испытать адскую боль, прочувствовать горечь утрат. В две войны я потерял двух братьев. Я встретился с ними, чтобы их потерять. Мама Зоя — мать моих братьев, она всем рада, а когда увидела меня в первый раз, села рядом, погладила, и до сих пор гладит меня со словами: «Вовочка». Я и маме об этом сказал.
Сейчас один брат работает в Грозном директором завода, сестра тоже в Грозном живет. Другой — солист ансамбля «Вайнах» — уехал в Америку с семьей, уже такой типичный американский чеченец. Младший брат Салавди живет здесь, в Москве. У него свое пиар-агенство.
Мне никогда не забыть, как в Чечне радовались за меня люди. В театре народ приветствовал меня стоя. На скачках, проводимых в честь юбилея Эсамбаева, ко мне подошли женщины, которые приехали специально из горных сел. Они обняли меня, поздравили и ушли. Они были великолепны в своей простоте. Я плакал вместе с ними. Я считаю себя в неоплатном долгу за их любовь и уважение ко мне. Такое отношение, как говорил Махмуд Эсамбаев, люди дали мне в долг, и я его должен отрабатывать всю жизнь.
— Мне кажется, что вы отплатили им и всем, кто ценит ваш талант и разделил вместе с вами ту радость уже тем, что на следующий день после поездки в Грозный главный диктор центрального телевидения вышел в эфир под титрами Владимир Березин-Исламов. Это как-то отразилось на вашей работе, на отношении коллег по телевизионному цеху к вам?
— Меня за это чуть с работы не уволили. Это была суббота, утро следующего дня. На телевидении уже знали, что я нашел отца.
После была эйфория, я был, что называется в полете неземном. Тогда мне хотелось на весь мир закричать. Но увидели руководство, мать увидела, она плакала и рыдала. Меня вызвали к руководству и сказали: «Покажите, пожалуйста, документ, удостоверяющий, что вы сменили фамилию». Я сказал, что его нет, на что мне было сказано, что есть определенная процедура. «Вы — публичный человек, должно быть заявление, потом издается приказ считать таким-то, титры пускать такие-то». Но защитило меня то, что я к тому времени был уже орденоносец. Это было как детская игра, хулиганство в эфире, но это был привет всем землякам. Титр вышел всего лишь один раз, и кто видел его, до сих пор благодарен мне за это. Теперь это целое событие в моей творческой биографии, которое меня вдохновляло и кого-то порадовало.
Проблемы, конечно, были. У меня уже были документы на получение квартиры, но после того случая мне отказали. Тогда московские чиновники сказали так: «Он чеченец? Так вот, чеченцы богатые, пусть они ему и покупают квартиру». Спасибо Юрию Михайловичу Лужкову, квартиру мне все-таки выделили три года назад.
Такие обстоятельства закаляют, делают тебя мудрее, прозорливей. Я не делал себе пиар с венчаниями и разводами, меня просто спросили: «Нохчо вуй», я ответил: «ву»!
— Как в вас уживается чеченец и русский?
— Внутреннего противоречия во мне нет. Но вопросы возникают. Как-то в Кремле меня спросили: «Вы чеченец, а как вы относитесь к тому, что гибнут чеченцы?» Я ответил: «Как может человек себя чувствовать, когда у него болит правая рука? Болит все. Жизнь так сложно устроена: ровно половина меня чеченская, другая русская. Мне больно и страшно слышать, что разбомбили какое-то чеченское село и там погибли люди. Это, наверное, те люди, которые тогда, в 1994 году, так тепло меня приняли. А когда сообщают, что погибли солдаты российской армии, вторая половина меня тоже болит. Думаешь, а за что они-то? Может, среди них были те ребята, которые помогли моему брату в фильтрационном пункте?
Он рассказал тот случай сестре. «Когда его допрашивали, мой брат сказал, что он брат Березина, после чего к нему подошел капитан, представился и сказал, что он тоже дальний родственник Березина из Тульской области. Затем предложил ему помощь и помог освободиться. Вот такая сложная штука — жизнь. Где мне найти человека, который помог моему брату? На этих примерах можно снимать фильм о превратностях судьбы. Последние десять лет все эти события заставляют меня думать и анализировать».
— Вы часто ведете чеченские концерты. Какой был первый ваш чеченский концерт здесь, в Москве, и какое впечатление он на вас произвел?
— Это был концерт Тамары Дадашевой в ДК железнодорожников. То, что я там увидел, поразило. Меня так не встречали нигде и никогда. Я вышел, сказал «Ассалам Алейкум», они все встали и стоя аплодировали. Это был для меня шок.
Второе впечатление: концерт идет, народ ходит! (смеется). Я спросил у брата, что это за бескультурье? Он разъяснил, что чеченский концерт — это не только концерт, для нас это еще и повод пообщаться, увидеть старых знакомых.
Потом зал ДК стал мал, мы переехали в АЗЛК, оттуда — в «Россию», а затем был концерт в Кремле. Горжусь собой и благодарю Бога за то, что он послал мне эту мысль, и я смог озвучить ее. Это было на концерте ансамбля «Ловзар» в Кремле. В зале сидели представители Администрации Президента, Людмила Александровна Путина, Ястржембский. Я выхожу и говорю: «…Я вас поздравляю. Еще никогда в истории новой России, Советского Союза такое количество чеченцев не собиралось в одном месте, да еще в Кремле». Что там началось! Такое запоминается.
— Вы знаете, откуда вы родом?
— Я родом из селения Чишки, из тайпа Чинхо! Кстати, дома был совсем недавно, когда приезжал в Грозный на выборы президента Алу Алханова. Я навестил отца, посидел с ним, исполнил в какой-то мере свой сыновний долг — помог ему решить вопросы с компенсацией. Потом меня повезли в Чишки. Я часто рисовал себе его в воображении, но то, что я увидел, меня поразило. Мое родовое село оказалось красоты неописуемой, несмотря на разруху. Мы прошлись по мостику. И знаете, что меня поразило? Я увидел березу, проросшую сквозь рухнувшую крышу разбомбленного дома. Я это воспринял как символ возрождения моей земли.

F-1

На пальцах — в Книгу рекордов


На VII международном фестивале рекордсменов Книги рекордов Гиннесса в чешском городе Пеяхримов россиянин Саид Детхаджиев отжался от пола в упоре на двух(!) пальцах 37 раз. Это случилось в июне 1998 г. и до сих пор его рекорд остается непревзойденным. Причем это не первое и не единственное достижение рекордсмена, каратиста, кикбоксера и философа..

Его бойцовский характер проявился в армии. — Когда кто-нибудь смеялся или показывали по телевизору смеющегося над другими людьми человека, я съеживался, как от удара, и удивлялся тому, что люди могут просто так смеяться, по пустому поводу, обижая, раня словом других, — поделился Саид.

Но армия с ее трудностями научила солдата быть победителем. А поскольку служба проходила в Монголии, где развиты восточные единоборства, там и увлекся каратэ.

За короткое время Саид овладел боевым самбо, несколькими стилями ушу, включая жесткий цигун. Меч, нож, нунчак, серп и гири в его руках словно детские игрушки. Он бегает по стене, летает, кулаком ломает два кирпича, головой — один. Всегда в отличной форме. И призывает всех заниматься спортом, убеждает: возраст не имеет никакого значения. У чемпиона мира по кикбоксингу Саида Детхаджиева 23 медали, и большая часть из них — золотые. Они украшают стену небольшого спортзала, который мастер соорудил в подвале своего дома.

Жизненная формула чемпиона проста: — Человек должен заниматься гимнастикой так же, как ест, пьет...

Кстати, сам он ест очень мало, не пьет даже кофе, не признает табак и все прочее. — Все мои «возбудители» — это спорт, — убежденно говорит мастер. — И медитация. Я окончил медицинское училище, прошел уроки массажа, изучил мануальную терапию, гипноз, суггестологию, имею диплом экстрасенса культуры, в прошлом — учеба в институте физической культуры в Москве. Тренируюсь 2 раза в день. Утром и вечером. Впрочем, свой образ жизни никому не навязываю. Всегда участвую на международных турнирах по тайскому боксу и кикбоксингу, в программах «Спорт против наркотиков». Подобные мероприятия поддерживаю, считаю их важными. Ведь суть не в каких-то запретах и поучениях, а в том, чтобы ослабить или устранить зависимость от воздействующей на сознание человека «химии». Словом, не лишая людей привычных радостей, дать им больше свободы. А свобода — воздух души... — Я хочу тебя показать Америке! — после серии показательных выступлений российского спортсмена восторженно воскликнул знаменитый Чак Норрис. — Зачем? Я там уже был, — спокойно отреагировал тот.

Знакомство почетного гостя турнира трехкратного чемпиона мира Чака Норриса с российским кикбоксером,чеченцем Саидом Детхаджиевым состоялось несколько лет назад в Москве на интернациональном профессиональном турнире по тайскому боксу и кикбоксингу. Голливудской звезде, не скрывавшей своего искреннего восхищения мастерством россиянина, тренер Саида Олег Зиборов пояснил, что Детхаджиев Америку уже покорил.

Саид часами готовит трюк: удар ногой под 135 градусов. За 19 минут производит 2 тысячи ударов правой и левой ногами. Этот трюк никто еще не делал. Как и тот, которым он удивил Америку на чемпионате мира 1993-го. Свою коронную композицию Саид сначала выполнял с чашкой на голове, до краев заполненной водой, а на чемпионате мира решил ее усложнить — вместо воды зажег бензин. Композицию выполнял не на полу, а на столбиках, между которыми были разбросаны осколки стекла. Такого в Штатах еще не видели. Композицию с огнем, кроме Детхаджиева, пока не исполняет никто.

Когда речь заходит о значимости кикбоксинга, Саид убежденно говорит: — Кикбоксинг ценен прежде всего своей философией. Это только внешне все выглядит как жестокая драка, на самом деле это широкая система философских взглядов, своя система воспитания души. Кикбоксинг, если хотите, — соединение философии восточной и западной, взаимное их обогащение. Главное направление этой философии — воспитание в человеке самосознания, развитие понимания неразрывной связи человека с космосом.

Для Саида главное — стремление к добру, гармонии, справедливости. Он здоровается не только с пожилыми людьми, сидящими на скамеечках, с играющими во дворе ребятишками, но и солнцем, деревьями, ветром и дождем. Помогает детям-инвалидам, мечтает открыть свою спортивную школу в городе Марксе Саратовской области. — Я здесь живу уже четверть века, здесь моя семья, мои родственники. Испытываю гордость, что живу в таком прекрасном городке, — говорит чемпион мира. — Я участвовал во многих спортивных состязаниях, и чаще всего они проводились в городках или, как это было в Венгрии, в самой настоящей деревне. И все было прекрасно. В городе Марксе есть все возможности проводить спортивные мероприятия любого масштаба. Стоит только захотеть.

Чемпион активно реализует свою задумку. И может быть, у тамошних ребятишек будет своя школа доброты и мужества.

Chouchou

Рарз, не лепи сюда пустышек. (далдаев и пр)
здесь серьезные люди, имеющие реальные заслуги, а не эстрадный сброд.
посвяти ему в "музыке" тему.

__________________
Мась..оставь народ в покое..он по сценарию деградирует) (с)

terracota

АВТОРХАНОВ Абдурахман (1908-1997) - вайнахский ученый, бывший сотрудник ЦК ВКП (б), эмигрировавший из СССР в 1943 после пятилетнего пребывания в тюрьмах НКВД (1937-1942). Позже - житель ФРГ, доктор политических наук, профессор. Один из организаторов радиостанции "Свобода" (1951). Главной темой многочисленных книг А. стал анализ большевизма как "преступного политического режима, установленного уголовной кликой". Основные сочинения: "К основным вопросам истории Чечни" (1930), "Революция и контрреволюция в Чечне" (1933), "Покорение партии" (1950), "Народоубийство в СССР" (1952), "Сталин и советская коммунистическая партия" (1959), "Аппарат коммунистической партии" (1966), "Происхождение партократии" (1973) и др. Труды А. приобрели большую известность и вызвали немало подражаний. Первоначальный абрис собственной социально-философской парадигмы и политологической концепции А. изложил в работе "Сталин у власти" (1951), за которую по личному распоряжению главного фигуранта книги был заочно приговорен к смертной казни. Анализируя и критикуя сталинизм как "политизированную уголовщину", А. пришел к выводу, что в СССР никогда не существовали ни "диктатура пролетариата", ни "диктатура коммунистической партии", ни "советская власть". По мысли А., эти и другие самообозначения политического режима сталинского типа носят откровенно пропагандистский характер и предназначены лишь для маскировки природы и сути бесчеловечной власти. Оспаривая суждения западных политологов, согласно которым господство и власть в СССР делят партия и военная клика, А. утверждал, что "генералитет Советской армии является пленником своего политического опекуна - института политических работников". Но и военные политработники, по А., в свою очередь, являются только посредниками подлинной силы. Сама же сила сосредоточена даже не в Политбюро ЦК ВКП (б), как, согласно А., думают очень многие. В действительности, "за всех думает, действует и диктует одна абсолютная сила. Имя этой силы - НКВД-МВД-МГБ. Сталинский режим держится не организацией Советов, не идеалами партии, не властью Политбюро, не личностью Сталина, а организацией и техникой советской политической полиции, в которой самому Сталину принадлежит роль первого полицейского". В более общем плане, в условиях, когда, по А., "народ учат не думать", подлинно властвующая сила одна - "универсальный чекизм. Чекизм государственный, чекизм партийный, чекизм коллективный, чекизм индивидуальный. Чекизм в идеологии, чекизм на практике. Чекизм сверху донизу. Чекизм от всемогущего Сталина до ничтожного сексота". В более поздних работах А. несколько уточнил свою концепцию и значительно расширил ее. В общем плане, отрицая достоверность и научность гипотезы общественно-экономических формаций К. Маркса, А. пришел к мысли, что некоторые тенденции исторического развития Западной Европы и сопряженной с этим процессом эволюции идей социализма более точно были угаданы оппонентом Маркса и его последователей, основоположником исторически первой систематической формы марксистского ревизионизма - Э. Бернштейном. Одновременно отрицая утопический "демократический социализм" Плеханова - Мартова и утопический "революционный социализм" Ленина - Сталина, А. последовательно выступал против всех форм "революционного деспотизма". Не уставая бороться против Сталина как "глобального уголовника номер один во всей писаной истории человечества", А. довольно подробно исследовал технологию "сталинизации" и функционирование коммунистических режимов. Основные выводы этих изысканий составили основу его социолого-политологи-ческой концепции партократии (партовластия) - как особой разновидности деспотических политических режимов 20 в., основанных на отчуждении народа от власти и подавлении всех прав и свобод людей. По мысли А., формирование нового типа тирании "тоталитарной партократии" стало возможно в результате использования особой технологии власти - "синтеза политики с уголовщиной". На этой основе сформировался "треугольник" верховной власти - партаппарат, военный аппарат и КГБ. После же "чекизации", по А., властных структур формально единая и единственная политическая партия неофициально была разделена на две партии: "открытую" (доступную для вступления специально отбираемых масс людей) и "закрытую" ("партию в партии", "партийную элиту"), доступ в которую имели только избранные. Диктатура закрытой партии ("партолигархии", "коммунистической партократии" и т.д.), о чьей деятельности знал лишь ограниченный круг лиц, сумела установить по-своему уникальный "партийно-полицейский и тоталитарно-террористический" режим. По мнению А., этот режим превратил всех советских людей в собственность "монопартийного государства", которое нещадно эксплуатирует их. Однако, как отметил А. в книге "Дела и дни Кремля. От Андропова к Горбачеву" (1986), с течением времени трудовая повинность, эксплуатация, нищенский жизненный уровень и усталость народа породили "стихийный, но всеобщий саботаж труда", который является "неизвестной Марксу новой феноменальной формой классовой борьбы при социализме". Эта борьба потенциально способна содействовать освобождению людей от государственного угнетения и установлению ими демократической зависимости государства от себя. Социолого-полито-логическое творчество А. в известном смысле являло собой определенный поворот в традиционалистской "советологии" середины 20 ст. Был осуществлен явный переход от идей и концепций теоретических "соавторов" и практических "подельников" коммунистического эксперимента в России (Троцкий, например) к модели "включенного наблюдения", предполагающей не только импликативные объяснения сути происходящих в стране процессов, но и разработку эвристически значимых моделей эволюции советского строя, основанных на достоверном и пригодном для интерпретаций эмпирическом материале. А.А. Грицанов, В.И. Овчаренко

__________________
Audaces Fortuna Iuvat

Шо такое? Шо такое? .....Опять жуб швиштяшчий вышибли.....

vesy

хорошая и нужная тема

Ясмина

Айдаев Юша - филолог

Айдаев Юша Ахъядович родился 20 марта 1938 года в селе Старые Атаги ЧИАССР. В 1944 году семья была депортирована в Казахстан, в 1957 г. вернулся на родину. В 1962 г. окончил историко-филологический факультет Чечено-Ингушского пединститута, в 1967-м – аспирантуру. Прошел долгий трудовой путь - работал зав. сектором социологии и истории религии Чечено-Ингушского НИИ гуманитарных наук, профессором Чеченского госуниверситета, редактором республиканских газет «Ленинский путь», «Комсомольское племя», главным редактором Чечено-Ингушского книжного издательства, зав. отделом межнациональных отношений Верховного Совета ЧИАССР, первым зам. гендиректора Института книги и социальных программ РАН (Москва), генеральным директором Института национальных литератур и энциклопедий (Москва), ректором Чеченского института повышения квалификации работников образования, руководителем отдела энциклопедий Академии наук Чеченской Республики. Вице-президент АН ЧР.

Научной работой Айдаев начал заниматься еще в студенческие годы. Главными предметами его исследований были и остаются литературоведение, устное народное творчество, драматургия и театр, социология культуры, быта и традиций, история чеченского народа. В 1969 г. защитил в Махачкале кандидатскую диссертацию, а в 1990-м – в Тбилиси докторскую.
За более чем тридцатилетнюю исследовательскую деятельность Айдаев написал и опубликовал около ста научных работ, в том числе книги по литературоведению, истории, филологии, социологии. Работает над созданием истории чеченской литературы, политической истории Чечни ХХ в., универсального энциклопедического словаря, в котором будет обобщен и углублен опыт ученых-филологов Чечни предыдущих лет. Награжден дипломом за лучшую научно-популярную работу во Всесоюзном конкурсе издательства «Молодая гвардия» (1979).

Ю.Айдаев - действительный член Международной Академии педагогических наук, Российской Академии естественных наук, председатель Чеченского регионального отделения Академии социальных наук РФ, Русского исторического общества, член Союза журналистов РФ, член Союза писателей РФ, заслуженный работник культуры ЧИАССР.

__________________
Женщина царствует, но не управляет.

Ясмина

Алироев Ибрагим - ученый-филолог

Поступив в 1952 году на отделение немецкого языка филологического факультета Киргизского государственного университета, Ибрагим Алироев уже на третьем курсе заинтересовался языками народов Северного Кавказа и активно занялся научной работой. С тех пор кавказские языки стали делом всей его жизни. Через год после окончания университета Алироев поступает в аспирантуру Дагестанского филиала Академии Наук СССР, где темой его научного исследования становится язык кистин (грузинских чеченцев).

Кистины жили в нескольких горных селах Грузии еще со времен Шамиля. Молодой ученый приехал к кистинам почти на полгода жил среди них, вместе с местными жителями участвовал в сборе урожая, в праздниках, изучал их традиции и культуру. Итогом научной командировки стала монография на тему «Кистинский диалект чеченского языка». А в 1962 году Ибрагим Алироев защитил по этой же теме кандидатскую диссертацию.

Практической отдачей кандидатской диссертации можно назвать учебник грамматики чеченского языка для 7-8 классов национальной школы, написанный им в соавторстве с З.Джамалхановым. Этот учебник впоследствии неоднократно переиздавался. Молодой ученый публикует десятки статей, посвященных актуальным проблемам нахских языков – чеченского, ингушского, бацбийского, сочетая научную работу с преподавательской.

Алироев собирает материалы для задуманного им фундаментально исследования по сравнительно-сопоставительной грамматике нахских языков. Интересная, но очень трудоемкая, зачастую, изнурительная работа, потребовавшая многочисленных поездок в отдаленные районы Чечено-Ингушетии. Встречи с седобородыми старцами – хранителями фольклорных сказаний, систематизация накопленных материалов, изучение специальных трудов по зоологии, археологии, истории…

Венцом этого напряженного труда стала блестящая защита докторской диссертации в Институте языкознания Академии Наук Грузинской ССР в 1972 году.

Дальнейшая научная карьера Ибрагима Алироева была поистине стремительной. Сразу же после защиты докторской диссертации он возглавил кафедру общего языкознания чечено-Ингушского государственного университета. Ровно через год Алироеву было присвоено звание профессора.

В 1974 году в Махачкале выходит в свет капитальный труд Ибрагима Юнусовича – «Сравнительно-сопоставительный словарь отраслевой лексики чеченского и ингушского языков и диалектов», ставший настольной книгой для всех специалистов в области нахского языкознания. К Алироеву приходит признание в научных кругах. Он становится руководителем проблемной группы по изучению русской речи автономных республик Северного Кавказа Регионального научного центра высшей школы в Ростове-на-Дону. В 1975 году он организует единственную в Северо-Кавказском регионе аспирантуру по общему языкознанию.

Предельно организованный, требовательный к себе, И.Ю.Алироев стремится привить эти качества и своим ученикам. Он не терпит небрежного отношения к слову, добиваясь от учеников наиболее точного выражения мысли с помощью всего богатого арсенала русского языка. Не случайно, именно Ибрагим Юнусович стал инициатором проведения в Чечено-Ингушском государственном университете имени Л.Н.Толстого в 1982 году Всесоюзной научной конференции «Роль русского языка в жизни народов Северного Кавказа и развитие их литературных языков».

Талант исследователя, целеустремленность и трудолюбие – этот драгоценный сплав позволил И.Ю.Алироеву за 40 лет научно-педагогической работы опубликовать свыше ста научных трудов, двадцать из которых – крупные монографии. В настоящее время ученый работает над созданием серии учебников и учебных пособий по общему языкознанию для студентов и аспирантов.

Научная и общественная деятельность Ибрагима Юнусовича Алироева не осталась незамеченной. Он имеет правительственные награды, почетные звания, является действительным членом Российской Академии Естественных Наук Российской Федерации, ведущим научным сотрудником Института языкознания РАН.

__________________
Женщина царствует, но не управляет.

Ясмина

Батукаев Абдул-Малик - виноградарь

Чеченский ученый Абдул-Малик Батукаев – известный авторитет в области виноградарства и виноделия. Он — действительный член Международной академии виноградарства и виноделия, член экспертного Совета международной организации винограда и вина (г. Париж), член Совета международной ассоциации университетов винограда и вина (г. Париж). Профессор, доктор сельскохозяйственных наук А-М. Батукаев - заведующий кафедрой агрономии Чеченского государственного университета. 50 научных работ А-М. Батукаева опубликовано в отечественных и зарубежных научных журналах и сборниках, в их числе 3 монографии.

Родился А-М. Батукаев в 1956 г. на станции Чу в Казахстане. В Чечне его семья тоже жила в сельской местности - в селе Старая Сунжа, Грозненского района. Там будущий ученый учился в средней школе. А высшее образование он получил в Московской сельскохозяйственной академии им. К. А. Тимирязева. Здесь же он учился в аспирантуре, начав в эти годы свою исследовательскую работу. А-М. Батукаев изучал влияние регуляторов роста на семенные сорта винограда различных эколого-географических групп. Результаты этих исследований были обобщены в диссертации на соискание ученой степени кандидата сельскохозяйственных наук, которую он успешно защитил в 1987г.

Молодой ученый активно продолжал научные изыскания работая старшим научным сотрудником, а затем заведующим отдела виноградства Чеченского научно-исследовательского института сельского хозяйства. Он разрабатывал, в частности, технологию ускоренного размножения винограда биотехническим методом (in vitzo), позволяющим сократить внедрение новых сортов и клонов винограда от 25-30 до 2-3 лет. Практическую значимость этих исследований показали опыты в виноградарских хозяйствах Чеченской республики (госхозы «Восточный», «Авангард», «Советская Россия»), республики Дагестан (госхоз «Аксай») и Ростовской области (госхоз «Краснодонский»). Результаты этих и других исследований А-М. Батукаев представил на соискание ученой степени доктора сельскохозяйственных наук. В 1999 г. прошла успешная защита его диссертации в Тимирязевской сельхозакадемии.

В начале 90-х годов А.-М. Батукаев работал первым заместителем директора департамента виноградарства и виноделия Чеченской республики, инспектировал и планировал работу виноградарских хозяйств республики. Дополнительный запас научных и практических навыков ученый приобрел в период учебы в аспирантуре Парижского университета Paris-X Nanterre (1993-1996 гг.) В этот период он прошел стажировку в 16 странах мира (Франция, Испания, Италия, Германия, Португалия, Греция, США, Англия и др.), участвовал в международных конгрессах, симпозиумах и конференциях. По итогам стажировки А-М. Батукаев защитил во Франции работу по организации, управлению и маркетингу виноградарства и виноделия, включавшую сопоставление и анализ развития этих отраслей во Франции и в России, рекомендации по применению элементов французской модели в современных рыночных условиях в России.

По рекомендации Международной организации винограда и вина А-М. Батукаев был направлен в докторантуру Парижского университета Paris-X Nanterre. Тема его нынешних исследований связана с актуальной для Чеченской республики проблемой: ученый разрабатывает механизм реорганизации и функционирования аграрных предприятий при различных формах собственности (частной, кооперативной, государственной).

__________________
Женщина царствует, но не управляет.